Русская печь своими руками из картона макет

Русская печь своими руками из картона макет
Русская печь своими руками из картона макет Русская печь своими руками из картона макет

Янко Слава. Библиотека и Медиатека Fort/Da © http://tvtorrent.ru - (трекер) || http://yanko.lib.ru || http://yanko.ru - (библиотека и блог) || http://www.facebook.com/slava.yanko

Апдейт: 30.07.2012 6:45

 

  

 

Учебник для вузов

Н.С. Валгина

Современный

русский

язык

СИНТАКСИС

Издание четвертое, исправленное

Допущено Министерством образования Российской Федерации в качестве учебника для студентов высших учебных заведений

Москва «Высшая школа» 2003


УДК 811.161.1 ББК 81.2Рус-923 В15

Валгина, Н.С.

В 15 Современный русский язык: Синтаксис: Учебник/Н.С. Валгина. — 4-е изд., испр. — М.: Высш. шк., 2003 — 416 с.

ISBN 5-06-004540-4

Учебник содержит программный материал по всем разделам курса синтаксиса современного русского языка: словосочетанию, простому и сложному предложениям, сложному синтаксическому целому (межфразовому единству) и абзацу.

Даны оценки синтаксических единиц с точки зрения нормативности их употребления, синонимических и стилистических возможностей. Рассмотрены грамматическое строение синтаксических единиц, их значение и функции в речи, а также практика употребления. Последовательно проведен принцип семантико-структурного описания словосочетаний и предложений и условий их функционирования.

Определены принципы русской пунктуации и основные функции знаков препинания с учетом современной практики печати.

УДК 811.161.1 ББК 81.2Рус-923 Учебное издание

Валгина Нина Сергеевна

СОВРЕМЕННЫЙ РУССКИЙ ЯЗЫК: Синтаксис

Ответственный редактор Л.И. Кравцова. Художник Н.Е. Ильенко.

Художественный редактор Е.А. Вишнякова. Технический редактор Л.А. Овчинникова.

Корректор З.Ф. Юрескул.

Лицензия ИД № 06236 от 09.11.01. Изд. № РЯ-454. Подп. в печать 03.03.03.

Формат 60 х 90 1/16. Бум. офсетная. Гарнитура «Таймc». Печать офсетная.

Объем 26,0 усл. печ. л. 26,5, усл. кр.-отт., 23,21 уч.-изд. л.

Тираж 6000 экз. Заказ № 2753.

ФГУП «Издательство «Высшая школа», 127994, Москва, ГСП-4, Неглинная ул., д. 29/14.

Тел.: (095) 200-04-56. E-mail: http://www.v-shkola.ru

Отдел реализации: (095) 200-07-69, 200-59-39, факс: (095) 200-03-01.

E-mail: sales@v-shkola.ru

Отдел «книга-почтой»: (095) 200-33-36. E-mail: bookpost@v-shkola.ru

Отпечатано в ФГУП ордена «Знак Почета» Смоленской областной

типографии им. В. И. Смирнова. 214000, г. Смоленск, пр-т им. Ю. Гагарина, 2.

ISBN 5-06-004540-4

© ФГУП «Издательство «Высшая школа», 2003

Оригинал-макет данного издания является собственностью издательства «Высшая школа», и его репродуцирование (воспроизведение) любым способом без согласия издательства запрещается.

 


Электронное оглавление. 3

ПРЕДИСЛОВИЕ. 3

СИНТАКСИС И ЕГО ПРЕДМЕТ. ОСНОВНЫЕ СИНТАКСИЧЕСКИЕ ПОНЯТИЯ   4

ПРЕДЛОЖЕНИЕ. 12

§ 1. ПРЕДЛОЖЕНИЕ И ЕГО ПРИЗНАКИ.. 12

СЛОВОСОЧЕТАНИЕ. 19

§ 2. КРАТКАЯ ИСТОРИЯ ВОПРОСА.. 19

§ 3. СЛОВОСОЧЕТАНИЕ И ЕГО ОТНОШЕНИЕ К СЛОВУ И К ПРЕДЛОЖЕНИЮ... 21

§ 4. КОЛИЧЕСТВЕННО-СТРУКТУРНЫЕ ТИПЫ СЛОВОСОЧЕТАНИЙ.. 30

§ 5. ЛЕКСИКО-ГРАММАТИЧЕСКИЕ ТИПЫ СЛОВОСОЧЕТАНИЙ.. 33

Глагольные словосочетания. 33

Именные словосочетания. 34

§ 6. СЛОВОСОЧЕТАНИЯ СВОБОДНЫЕ И НЕСВОБОДНЫЕ.. 35

§ 7. СИНТАКСИЧЕСКИЕ ОТНОШЕНИЯ МЕЖДУ КОМПОНЕНТАМИ СЛОВОСОЧЕТАНИЯ.. 36

§ 8. СРЕДСТВА ВЫРАЖЕНИЯ СИНТАКСИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ В СЛОВОСОЧЕТАНИИ И В ПРЕДЛОЖЕНИИ.. 36

§ 9. ВИДЫ СИНТАКСИЧЕСКОЙ СВЯЗИ В СЛОВОСОЧЕТАНИИ.. 36

§ 10. ВИДЫ СИНТАКСИЧЕСКОЙ СВЯЗИ В ПРЕДЛОЖЕНИИ.. 36

§ 11. КОМПОНЕНТЫ СЛОВОСОЧЕТАНИЯ И ЧЛЕНЫ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

ТИПЫ ПРЕДЛОЖЕНИЙ.. 36

§ 12. ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ.. 36

§ 13. ПРЕДЛОЖЕНИЯ РЕАЛЬНОЙ И ИРРЕАЛЬНОЙ МОДАЛЬНОСТИ. ПРЕДЛОЖЕНИЯ УТВЕРДИТЕЛЬНЫЕ И ОТРИЦАТЕЛЬНЫЕ.. 36

§ 14. ПОВЕСТВОВАТЕЛЬНЫЕ, ВОПРОСИТЕЛЬНЫЕ И ПОБУДИТЕЛЬНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ   36

§ 15. ВОСКЛИЦАТЕЛЬНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 16. РАСПРОСТРАНЕННЫЕ И НЕРАСПРОСТРАНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 17. ДВУСОСТАВНЫЕ И ОДНОСОСТАВНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 18. ПОЛНЫЕ И НЕПОЛНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 19. ПРОСТЫЕ И СЛОЖНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

СТРОЕНИЕ ДВУСОСТАВНОГО ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 20. ГЛАВНЫЕ ЧЛЕНЫ ДВУСОСТАВНОГО ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 21. ВТОРОСТЕПЕННЫЕ ЧЛЕНЫ ПРЕДЛОЖЕНИЯ, ИХ СИНТАКСИЧЕСКИЕ ФУНКЦИИ.. 36

СПОСОБЫ ВЫРАЖЕНИЯ ПОДЛЕЖАЩЕГО.. 36

§ 22. ВЫРАЖЕНИЕ ПОДЛЕЖАЩЕГО РАЗЛИЧНЫМИ ЧАСТЯМИ РЕЧИ.. 36

§ 23. ПОДЛЕЖАЩЕЕ, ВЫРАЖЕННОЕ СЛОВОСОЧЕТАНИЕМ... 36

ТИПЫ СКАЗУЕМОГО И СПОСОБЫ ЕГО ВЫРАЖЕНИЯ.. 36

§ 24. ОБЩИЙ ПРИНЦИП КЛАССИФИКАЦИИ СКАЗУЕМЫХ.. 36

§ 25. ПРОСТОЕ ГЛАГОЛЬНОЕ СКАЗУЕМОЕ.. 36

§ 26. ОСЛОЖНЕННОЕ ГЛАГОЛЬНОЕ СКАЗУЕМОЕ.. 36

§ 27. СОСТАВНОЕ ГЛАГОЛЬНОЕ СКАЗУЕМОЕ.. 36

§ 28. ИМЕННОЕ СКАЗУЕМОЕ И ВИДЫ СВЯЗОК В НЕМ... 36

§ 29. ИМЕННАЯ ЧАСТЬ СКАЗУЕМОГО.. 36

§ 30. СМЕШАННОЕ СКАЗУЕМОЕ.. 36

§ 31. СКАЗУЕМОЕ, ВЫРАЖЕННОЕ НАРЕЧИЕМ И МЕЖДОМЕТИЕМ... 36

§ 32. ГРАММАТИЧЕСКАЯ КООРДИНАЦИЯ ФОРМ ПОДЛЕЖАЩЕГО И СКАЗУЕМОГО.. 36

ВТОРОСТЕПЕННЫЕ ЧЛЕНЫ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 33. КРАТКАЯ ИСТОРИЯ ВОПРОСА.. 36

§ 34. МОРФОЛОГИЗОВАННЫЕ И НЕМОРФОЛОГИЗОВАННЫЕ ВТОРОСТЕПЕННЫЕ ЧЛЕНЫ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 35. ОПРЕДЕЛЕНИЯ СОГЛАСОВАННЫЕ И НЕСОГЛАСОВАННЫЕ.. 36

§ 36. ПРИЛОЖЕНИЕ.. 36

§ 37. СПОСОБЫ ВЫРАЖЕНИЯ ДОПОЛНЕНИЙ.. 36

§ 38. ВИДЫ ДОПОЛНЕНИЙ И ИХ ЗНАЧЕНИЯ.. 36

§ 39. ДОПОЛНЕНИЯ В ДЕЙСТВИТЕЛЬНЫХ И СТРАДАТЕЛЬНЫХ ОБОРОТАХ.. 36

§ 40. СПОСОБЫ ВЫРАЖЕНИЯ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ.. 36

§ 41. ВИДЫ ОБСТОЯТЕЛЬСТВ ПО ЗНАЧЕНИЮ... 36

ПОРЯДОК СЛОВ В ПРОСТОМ ПРЕДЛОЖЕНИИ. АКТУАЛЬНОЕ ЧЛЕНЕНИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 42. ПОРЯДОК СЛОВ И ЕГО РОЛЬ В ОРГАНИЗАЦИИ РЕЧИ.. 36

§ 43. СИНТАКСИЧЕСКОЕ И АКТУАЛЬНОЕ ЧЛЕНЕНИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ. ПОРЯДОК СЛОВ И КОНТЕКСТ. 36

§ 44. ПОРЯДОК СЛОВ СТИЛИСТИЧЕСКИ НЕЙТРАЛЬНЫЙ И СТИЛИСТИЧЕСКИ ЗНАЧИМЫЙ   36

§ 45. ГРАММАТИЧЕСКАЯ ЗНАЧИМОСТЬ ПОРЯДКА СЛОВ.. 36

§ 46. ПОРЯДОК РАСПОЛОЖЕНИЯ ЧЛЕНОВ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

ОДНОСОСТАВНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 47. ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ ОБ ОДНОСОСТАВНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЯХ.. 36

§ 48. К ИСТОРИИ ВОПРОСА ОБ ОДНОСОСТАВНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЯХ.. 36

§ 49. ОПРЕДЕЛЕННО-ЛИЧНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 50. НЕОПРЕДЕЛЕННО-ЛИЧНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 51. ОБОБЩЕННО-ЛИЧНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 52. БЕЗЛИЧНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 53. ИНФИНИТИВНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 54. НОМИНАТИВНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 55. КОНСТРУКЦИИ, ПО ФОРМЕ СОВПАДАЮЩИЕ С НОМИНАТИВНЫМИ ПРЕДЛОЖЕНИЯМИ   36

Именительный падеж в роли простого наименования. 36

Именительный падеж в функции сказуемого двусоставного предложения. 36

Изолированно употребленные именительные падежи. 36

§ 56. ГЕНИТИВНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

СЛОВА-ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 57. ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ.. 36

§ 58. ТИПЫ СЛОВ-ПРЕДЛОЖЕНИЙ.. 36

НЕПОЛНЫЕ И ЭЛЛИПТИЧЕСКИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 59. ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ О НЕПОЛНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЯХ.. 36

§ 60. ТИПЫ НЕПОЛНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ.. 36

§ 61. НЕПОЛНЫЕ ПРИЛОЖЕНИЯ В ДИАЛОГИЧЕСКОЙ РЕЧИ.. 36

§ 62. ЭЛЛИПТИЧЕСКИЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 63. СТИЛИСТИЧЕСКАЯ ДИФФЕРЕНЦИАЦИЯ НЕПОЛНЫХ И ЭЛЛИПТИЧЕСКИХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ.. 36

ОДНОРОДНЫЕ ЧЛЕНЫ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 64. ПОНЯТИЕ О СИНТАКСИЧЕСКОЙ ОДНОРОДНОСТИ И ОДНОРОДНЫХ ЧЛЕНАХ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 65. ОДНОРОДНЫЕ ГЛАВНЫЕ ЧЛЕНЫ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 66. ФОРМА СКАЗУЕМОГО В ПРЕДЛОЖЕНИЯХ С ОДНОРОДНЫМИ ПОДЛЕЖАЩИМИ.. 36

§ 67. ОДНОРОДНЫЕ ВТОРОСТЕПЕННЫЕ ЧЛЕНЫ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 68. ОДНОРОДНЫЕ И НЕОДНОРОДНЫЕ СОГЛАСОВАННЫЕ ОПРЕДЕЛЕНИЯ.. 36

§ 69. ФОРМА ОПРЕДЕЛЯЕМОГО СЛОВА ПРИ НЕСКОЛЬКИХ ОПРЕДЕЛЕНИЯХ, СОЕДИНЕННЫХ СОЮЗАМИ.. 36

§ 70. СОЮЗЫ ПРИ ОДНОРОДНЫХ ЧЛЕНАХ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 71. ПРЕДЛОГИ ПРИ ОДНОРОДНЫХ ЧЛЕНАХ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 72. ОБОБЩАЮЩИЕ ЕДИНИЦЫ ПРИ ОДНОРОДНЫХ ЧЛЕНАХ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

ОБОСОБЛЕННЫЕ ЧЛЕНЫ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 73. ОБЩИЕ ПОНЯТИЯ.. 36

§ 74. ИЗ ИСТОРИИ ВОПРОСА ОБ ОБОСОБЛЕННЫХ ЧЛЕНАХ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 75. ОБОСОБЛЕННЫЕ СОГЛАСОВАННЫЕ И НЕСОГЛАСОВАННЫЕ ОПРЕДЕЛЕНИЯ.. 36

§ 76. ОБОСОБЛЕННЫЕ ПРИЛОЖЕНИЯ.. 36

§ 77. ОБОСОБЛЕННЫЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА, ВЫРАЖЕННЫЕ ДЕЕПРИЧАСТИЯМИ И ДЕЕПРИЧАСТНЫМИ ОБОРОТАМИ.. 36

§ 78. ОБОСОБЛЕННЫЕ ОБСТОЯТЕЛЬСТВА, ВЫРАЖЕННЫЕ ИМЕНАМИ СУЩЕСТВИТЕЛЬНЫМИ И НАРЕЧИЯМИ.. 36

§ 79. ОБОСОБЛЕННЫЕ ОБОРОТЫ СО ЗНАЧЕНИЕМ ВКЛЮЧЕНИЯ, ИСКЛЮЧЕНИЯ И ЗАМЕЩЕНИЯ.. 36

§ 80. УТОЧНЯЮЩИЕ, ПОЯСНИТЕЛЬНЫЕ И ПРИСОЕДИНИТЕЛЬНЫЕ ЧЛЕНЫ ПРЕДЛОЖЕНИЯ   36

§ 81. СМЫСЛОВЫЕ И СТИЛИСТИЧЕСКИЕ ФУНКЦИИ ОБОСОБЛЕННЫХ ЧЛЕНОВ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

ВВОДНЫЕ И ВСТАВНЫЕ КОНСТРУКЦИИ.. 36

§ 82. ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ.. 36

§ 83. ВВОДНЫЕ СЛОВА И СОЧЕТАНИЯ СЛОВ.. 36

ОБРАЩЕНИЕ. 36

§ 86. ПОНЯТИЕ ОБ ОБРАЩЕНИИ.. 36

§ 87. СПОСОБЫ ВЫРАЖЕНИЯ ОБРАЩЕНИЙ.. 36

ПРИСОЕДИНИТЕЛЬНЫЕ КОНСТРУКЦИИ1 36

§ 88. КРАТКАЯ ИСТОРИЯ ВОПРОСА.. 36

§ 89. СУЩНОСТЬ ПРИСОЕДИНЕНИЯ.. 36

§ 90. СТРУКТУРНО-ГРАММАТИЧЕСКИЕ ТИПЫ ПРИСОЕДИНИТЕЛЬНЫХ КОНСТРУКЦИЙ   36

Союзные присоединительные конструкции. 36

Бессоюзные присоединительные конструкции. 36

§ 91. СМЫСЛОВЫЕ И СТИЛИСТИЧЕСКИЕ ФУНКЦИИ ПРИСОЕДИНИТЕЛЬНЫХ КОНСТРУКЦИЙ   36

СЛОЖНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ. 36

§ 92. ПОНЯТИЕ О СЛОЖНОМ ПРЕДЛОЖЕНИИ.. 36

§ 93. ОБЩАЯ КЛАССИФИКАЦИЯ СЛОЖНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ.. 36

§ 94. СРЕДСТВА ВЫРАЖЕНИЯ СИНТАКСИЧЕСКИХ ОТНОШЕНИЙ МЕЖДУ ЧАСТЯМИ СЛОЖНОГО ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

СЛОЖНОСОЧИНЕННОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ. 36

§ 95. СТРУКТУРА СЛОЖНОСОЧИНЕННЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ.. 36

§ 96. ТИПЫ СЛОЖНОСОЧИНЕННЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ.. 36

§ 97. ПРЕДЛОЖЕНИЯ С СОЕДИНИТЕЛЬНЫМИ СОЮЗАМИ.. 36

§ 98. ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ПРОТИВИТЕЛЬНЫМИ СОЮЗАМИ.. 36

§ 99. ПРИЛОЖЕНИЯ С РАЗДЕЛИТЕЛЬНЫМИ СОЮЗАМИ.. 36

§ 100. ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ГРАДАЦИОННЫМИ СОЮЗАМИ.. 36

§ 101. СЛОЖНОСОЧИНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ПРИСОЕДИНИТЕЛЬНЫМИ ОТНОШЕНИЯМИ   36

СЛОЖНОПОДЧИНЕННОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ. 36

§ 102. ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ.. 36

§ 103. КРАТКАЯ ИСТОРИЯ ВОПРОСА.. 36

§ 104. СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ПРИСЛОВНОЙ И НЕПРИСЛОВНОЙ ЗАВИСИМОСТЬЮ ПРИДАТОЧНОЙ1 36

§ 105. ГРАММАТИЧЕСКИЕ СРЕДСТВА СВЯЗИ ЧАСТЕЙ В СЛОЖНОПОДЧИНЕННОМ ПРЕДЛОЖЕНИИ.. 36

§ 106. СЕМАНТИКО-СТРУКТУРНЫЕ ТИПЫ СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ.. 36

§ 107. СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ОПРЕДЕЛИТЕЛЬНОЙ ПРИДАТОЧНОЙ ЧАСТЬЮ... 36

Присубстантивно-определительные предложения. 36

Приместоименно-определительные предложения. 36

§ 108. СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫЕ ПРИЛОЖЕНИЯ С ИЗЪЯСНИТЕЛЬНОЙ ПРИДАТОЧНОЙ ЧАСТЬЮ    36

Изъяснительные придаточные с союзным подчинением.. 36

Изъяснительные придаточные с относительным подчинением.. 36

Употребление соотносительных слов при изъяснительных придаточных. 36

§ 109. СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ПРИДАТОЧНОЙ ЧАСТЬЮ ВРЕМЕНИ   36

Сложные предложения с отношением одновременности. 36

Сложные предложения с отношением разновременности. 36

§ 110. СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ПРИДАТОЧНОЙ ЧАСТЬЮ МЕСТА.. 36

§ 111. СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ПРИДАТОЧНОЙ ЧАСТЬЮ ПРИЧИНЫ    36

§ 112. СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ПРИДАТОЧНОЙ ЧАСТЬЮ ОБРАЗА ДЕЙСТВИЯ, МЕРЫ И СТЕПЕНИ.. 36

§ 113. СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ПРИДТОЧНОЙ ЧАСТЬЮ СРАВНИТЕЛЬНОЙ   36

§ 114. СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ПРИДАТОЧНОЙ ЧАСТЬЮ УСЛОВНОЙ   36

§ 115. СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ПРИДАТОЧНОЙ ЧАСТЬЮ УСТУПИТЕЛЬНОЙ   36

§ 116. СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ПРИДАТОЧНОЙ ЧАСТЬЮ СЛЕДСТВИЯ   36

§ 117. СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ПРИДАТОЧНОЙ ЧАСТЬЮ ЩЕЛИ.. 36

§ 118. СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ПРИДАТОЧНОЙ ЧАСТЬЮ ПРИСОЕДИНИТЕЛЬНОЙ.. 36

§ 119. СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С СОПОСТАВИТЕЛЬНЫМИ ОТНОШЕНИЯМИ МЕЖДУ ЧАСТЯМИ.. 36

§ 120. СЛОЖНОПОДЧИНЕННЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ С ПОЯСНИТЕЛЬНЫМИ ОТНОШЕНИЯМИ МЕЖДУ ЧАСТЯМИ.. 36

БЕССОЮЗНОЕ СЛОЖНОЕ ПРЕДЛОЖЕНИЕ. 36

§ 121. ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ.. 36

§ 122. ВИДЫ БЕССОЮЗНЫХ СЛОЖНЫХ ПРЕДЛОЖЕНИЙ.. 36

СЛОЖНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ, СОСТОЯЩИЕ БОЛЕЕ ЧЕМ ИЗ ДВУХ ПРЕДИКАТИВНЫХ ЕДИНИЦ.. 36

§ 123. ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ.. 36

§ 124. МНОГОЧЛЕННЫЕ СЛОЖНЫЕ ПРЕДЛОЖЕНИЯ.. 36

Предложения с сочинительной связью.. 36

Предложения с подчинительной связью.. 36

Предложения с бессоюзной связью.. 36

§ 125. СЛОЖНЫЕ СИНТАКСИЧЕСКИЕ КОНСТРУКЦИИ.. 36

§ 126. КОНТАМИНИРОВАННЫЕ ТИПЫ СЛОЖНЫХ СИНТАКСИЧЕСКИХ КОНСТРУКЦИЙ   36

§ 127. ПЕРИОД.. 36

СЛОЖНОЕ СИНТАКСИЧЕСКОЕ ЦЕЛОЕ. 36

§ 128. ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ.. 36

§ 129. СТРУКТУРНЫЕ ОСОБЕННОСТИ СЛОЖНЫХ СИНТАКСИЧЕСКИХ ЦЕЛЫХ.. 36

АБЗАЦ.. 36

§ 130. ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ.. 36

§ 131. АБЗАЦ И СЛОЖНОЕ СИНТАКСИЧЕСКОЕ ЦЕЛОЕ.. 36

§ 132. АБЗАЦ В ДИАЛОГИЧЕСКОЙ И МОНОЛОГИЧЕСКОЙ РЕЧИ.. 36

ЧУЖАЯ РЕЧЬ. 36

§ 133. ПОНЯТИЕ О ЧУЖОЙ РЕЧИ И СПОСОБАХ ЕЕ ПЕРЕДАЧИ.. 36

§ 134. ПРЯМАЯ РЕЧЬ. 36

§ 135. КОСВЕННАЯ РЕЧЬ. 36

§ 136. НЕСОБСТВЕННО-ПРЯМАЯ РЕЧЬ. 36

ПУНКТУАЦИЯ.. 36

§ 137. ПОНЯТИЕ О ПУНКТУАЦИИ И ИСТОРИЯ ЕЕ ИЗУЧЕНИЯ.. 36

§ 138. ТРИ ПРИНЦИПА РУССКОЙ ПУНКТУАЦИИ.. 36

§ 139. ОСНОВНЫЕ ФУНКЦИИ ЗНАКОВ ПРЕПИНАНИЯ.. 36

§ 140. ОСОБЕННОСТИ ПУНКТУАЦИИ, СВЯЗАННЫЕ С ФУНКЦИОНАЛЬНЫМ НАЗНАЧЕНИЕМ ТЕКСТА.. 36

§ 141. ПОНЯТИЕ АВТОРСКОЙ ПУНКТУАЦИИ.. 36

§ 142. ИСТОРИЧЕСКАЯ ИЗМЕНЯЕМОСТЬ ПУНКТУАЦИИ.. 36

РЕКОМЕНДУЕМАЯ ЛИТЕРАТУРА.. 36

СПИСОК СОКРАЩЕНИЙ.. 36

СОДЕРЖАНИЕ. 36

 

 


Предлагаемая книга, предназначенная для студентов филологических специальностей высших учебных заведений, преимущественно обучающихся на факультетах журналистики и редактирования, охватывает все разделы синтаксиса современного русского языка: словосочетание, простое и сложное предложения, сложное синтаксическое целое, чужая речь, пунктуация.

При изложении материала учитывается задача не только описания синтаксического строя современного русского языка, которое проводится на семантико-структурной основе, но и оценки синтаксических явлений с точки зрения нормативного употребления, синонимических и стилистических возможностей. Требование вузовской программы — повышение научно-теоретического уровня подготовки студентов и одновременно развитие навыков практического пользования языком. Поэтому освещение вопросов теории языка сопровождается в учебнике смысловой и стилистической характеристикой синтаксических явлений, рассмотрению подвергается не только грамматическое строение синтаксических единиц, но и их значение и функции в речи, практика употребления.

Многие вопросы синтаксической теории еще не получили единого решения, другие — мало или совсем не разработаны в специальной литературе. Поэтому изложение различных грамматических концепций преследует цель облегчить задачу понимания современных научных точек зрения и способствовать выработке критичности в оценке взглядов на те или иные вопросы, усилить и развить навыки лингвистического мышления.

Особое внимание в учебнике уделено вопросам связи слов в словосочетании и в предложении, взаимодействия разных единиц языка на уровне слова, словосочетания и предложения, взаимоотношения компонентов словосочетания и членов предложения, т.е. вопросам, позволяющим установить системный характер синтаксиса русского языка, познать функциональную значимость синтаксических единиц. А это должно способствовать развитию навыков сознательного использования речевых средств.

При характеристике синтаксических единиц учитывается их стилистико-функциональная целенаправленность. Даются сведения, связанные с установлением разных уровней членения текста: семантико-структурным (межфразовое единство) и композиционно-стилистическим (абзац).

Настоящее издание подготовлено на основе учебника, изданного «Высшей школой» в 1991 г.

Автор


Термин «синтаксис» применяется прежде всего для обозначения синтаксического строя языка, который вместе с морфологическим строем составляет грамматику языка. Вместе с тем «синтаксис» как термин применим и к учению о синтаксическом строе, в таком случае синтаксис — это раздел языкознания, предметом изучения которого является синтаксический строй языка, т. е. его синтаксические единицы и связи и отношения между ними.

Деление грамматики на морфологию и синтаксис определено самой сущностью изучаемых объектов.

Морфология изучает значения и формы слов как элементы внутрисловесного противопоставления; значения же словесных форм, возникающие в сочетании с другими словесными формами, значения, определяемые законами сочетаемости слов и построения предложений, являются предметом синтаксиса. Поэтому в широком смысле слова синтаксис (гр. syntaxis — составление) представляет собой раздел грамматики, изучающий строй связной речи.

Если морфология изучает слова в совокупности всех возможных форм, то синтаксис изучает функционирование отдельной формы слова в различных синтаксических объединениях. Минимальной единицей общения является предложение. Однако синтаксические свойства слов проявляются не только в предложении, строение которого всецело подчинено задачам коммуникации. Синтаксические свойства слов обнаруживаются и на более низком уровне языковой системы — в словосочетаниях, представляющих собой смысловое и грамматическое объединение слов. Следовательно, синтаксис изучает предложение — его строение, грамматические свойства и типы, а также словосочетание — минимальное грамматически связанное объединение слов. В таком смысле можно говорить о синтаксисе предложения и синтаксисе словосочетания.

Синтаксис словосочетания проявляет синтаксические свойства отдельных слов и устанавливает правила их сочетаемости

4


с другими словами, причем эти правила определяются грамматическими признаками слова как определенной части речи. Так, возможность словосочетаний типа красное знамя определяется грамматическими свойствами сочетающихся имен: существительное как часть речи обладает свойством грамматически подчинять себе прилагательное, а прилагательное, как наиболее согласуемая часть речи, способно принимать форму, обусловленную формой существительного, что внешне выявляется в его флексии; словосочетания типа написать письмо также опираются на грамматические свойства сочетающихся слов: интересно, что в данном случае даже само грамматическое свойство глагола (переходность) связано с необходимостью сочетаться с определенной формой имени, переходные глаголы не только способны подчинять себе имена, но и нуждаются в этом для выражения своей собственной семантики. Синтаксис словосочетания в общей языковой системе является переходной ступенью от лексико-морфологического уровня к собственно синтаксическому. Эта переходность обусловлена двойственностью природы словосочетания, которая заключается в следующем. Словосочетание строится из отдельных лексических единиц, т. е., как и предложение, структурно оформляется. Функциональная же значимость этих единиц другая — она не поднимается выше значимости единиц лексических.

Синтаксис предложения — качественно новая ступень в общей языковой системе, определяющая языковую сущность, коммуникативно-функциональную значимость языка. Синтаксис предложения строится на изучении единиц коммуникативного плана. Связи и отношения форм слова и словосочетаний в составе предложения подчиняются целям коммуникации, поэтому они отличны от связей и отношений между компонентами словосочетания. Однако и на этом языковом уровне общая языковая системность проявляется достаточно отчетливо. Например, многие даже сложные синтаксические единицы конструктивно базируются на морфолого-синтаксических отношениях, в частности сложноподчиненные предложения с присловной зависимостью: с изъяснительной придаточной частью при переходном глаголе, с определительной присубстантивной частью и другие, так как такие придаточные распространяют не всю подчиняющую часть предложения, а отдельное слово в ней (или словосочетание) как лексико-морфологическую единицу. Наличие определительных придаточных диктуется грамматическими свойствами имени, причем теми же свойствами, которые определяют возможность согласуемого прилагательного или причастия, а также несогласованной формы обозначения признака в составе словосоче-

5


тания или наличие согласованного обособленного определения в простом осложненном предложении; так же и в предложениях с приглагольной зависимостью: распространяющая глагол придаточная часть, обусловливается лексико-грамматическими свойствами глагола. Ср., например: Дагни почувствовала порыв воздуха, который исходил от музыки, и заставила себя успокоиться.Дагни почувствовала порыв воздуха, исходивший от музыки, и заставила себя успокоиться (Пауст.); Вокруг полянки, на которой сидели ребята, пышно росли береза, осина и ольха (Пан.). — Вокруг полянки, с сидящими на ней ребятами, пышно росли береза, осина и ольха; Проходя через двор, Сережа увидел, что ставни на его окнах тоже закрыты (Пан.). — Сережа увидел закрытые ставни...

Общая языковая системность подчеркивается наличием взаимосвязанности и взаимопроникновения явлений разных языковых уровней. Это фундамент, на котором прочно покоится здание общей языковой системы и который не позволяет рассыпаться ее отдельным звеньям.

Итак, словосочетание и предложение выделяются в качестве синтаксических единиц разных уровней: словосочетание — уровень докоммуникативный, предложение — уровень коммуникативный, причем словосочетание в систему коммуникативных средств включается лишь через предложение. Однако выделение данных синтаксических единиц оказывается недостаточным, чтобы судить о предельной единице синтаксического членения. Так, нельзя, например, признать словосочетание минимальной синтаксической единицей. Само понятие словосочетания противоречит этому, поскольку предполагает некое объединение компонентов. В качестве минимальной синтаксической единицы нельзя признать и слово как таковое, как элемент лексического состава языка, так как при объединении в синтаксических единицах сочетаются не слова вообще, в совокупности их морфологических форм, а определенные, нужные для выражения данного содержания формы слов (естественно, при возможности формообразования). Например, в сочетании осенняя листва объединяются две формы слова — форма женского рода единственного числа именительного падежа существительного и такая же форма прилагательного. Следовательно, первичной синтаксической единицей можно признать форму слова или синтаксическую форму слова1. Это относится и к тем сочетающимся компонентам, когда

1 См.: Золотова Г. А. Очерк функционального синтаксиса русского языка. М., 1973. С. 32.

6


слова лишены признака формообразования, например: очень плодотворно, весьма приятно.

Форма слова — это прежде всего элемент словосочетания. Однако роль и назначение ее не ограничиваются этим. Синтаксическая форма слова может выступать в качестве «строительного элемента» не только в составе словосочетания, но и в составе предложения, когда она распространяет само предложение или участвует в построении его основы, например: В лесу сыро; За окнами падает снег; Москва в праздничном убранстве. Из этого следует, что синтаксическая форма слова участвует в построении предложения либо непосредственно, либо через словосочетание. Существование формы слова как единицы синтаксической подтверждается крайним случаем ее функционирования, когда синтаксическая форма слова преобразуется в предложение, т. е. в единицу иного синтаксического уровня. Например: На пароходе, на пути из Палестины в Одессу. Среди палубных пассажировмножество русских мужиков и баб (Бун.). Синтаксическая форма слова и словосочетание, с одной стороны, и предложение, с другой, — это синтаксические единицы разной функциональной значимости и разных синтаксических уровней, но единицы взаимосвязанные и взаимообусловленные, единицы общей синтаксической системы языка. Однако даже предложение, будучи единицей сообщения, значимо в языке только как маленькое частное звено, которое и структурно, и семантически, и акцентологически подчиняется общим задачам коммуникации, т. е. приобретает свою специфику лишь в связи с другими звеньями (предложениями). Так возникает синтаксис сложного целого, синтаксис связной речи, синтаксис текста, который изучает единицы, большие, чем отдельное предложение, единицы, имеющие свои правила и законы построения.

Определение набора синтаксических единиц отнюдь не достаточно для описания синтаксической системы языка, поскольку система — это не только набор элементов, но и их связи и отношения. Так, синтаксическая связь служит для выражения зависимости и взаимозависимости элементов словосочетания и предложения и формирует синтаксические отношения, т. е. те разновидности синтаксического соответствия, которые регулярно выявляются в синтаксических единицах независимо от их уровня. Например: в результате подчинительной связи согласования в сочетании каменный дом рождаются атрибутивные отношения между формами слов в данной синтаксической единице; связь управления стала основанием для объектных отношений в сочетании купить книгу.

7


Предикативные отношения возникают в результате синтаксической связи главных членов предложения. На уровне сложного предложения разные виды синтаксической связи (подчинительной, сочинительной, бессоюзной) также формируют синтаксические отношения — причинно-следственные, временные, целевые, сопоставительно-противительные, перечислительные и т. д. Значит, синтаксис изучает синтаксические единицы языка в их связях и отношениях. Содержание синтаксических отношений двупланово: с одной стороны, оно отражает явления реального мира, в чем черпает свою информативность (отношения между предметом и его признаком, действием и объектом и т.д.); с другой — оно опирается на взаимодействие компонентов собственно синтаксических единиц (зависимость, например, управляемой формы слова от управляющей, согласуемой от определяющей это согласование, и т.д.), т.е. опирается на синтаксическую связь. Эта двуплановость содержания синтаксических отношений и является сущностью синтаксической семантики вообще и семантики синтаксических единиц в частности. Синтаксическая семантика (или синтаксическое значение) присуща любой синтаксической единице и представляет ее содержательную сторону; семантическую структуру же, естественно, могут иметь лишь единицы, разлагающиеся на компоненты (словосочетания, предложения). Если обратиться к основной синтаксической единице — предложению, то, исходя из сказанного, в ней можно обнаружить содержательную сторону (отражение реальных предметов, действий и признаков) и формальную организацию (грамматическую структуру). Однако ни то, ни другое не обнаруживает еще одной стороны предложения — его коммуникативной значимости, его назначения. Итак, содержание (что передается), форма (как передается) и назначение (для чего передается) — вот три условно вычленяемые (они существуют в единстве) стороны предложения, которые и послужили основой разного подхода к изучению предложения — семантического, структурного и коммуникативного. Все три стороны одного явления имеют «глубинную аналогию и параллелизм»1. Например, в простейшем предложении Птица летает полностью совпадают структуры семантическая (реальный носитель признака и признак), синтаксическая, или формально-грамматическая (подлежащее и сказуемое), и коммуникативная (данное, т. е. исходный момент высказывания, и новое, т. е. то,

1Гак В. Г. Коммуникативные трансформации и системность средств логического выделения во французском языке//Филологические науки. 1975. № 5. С. 49.

8


что сообщается о данном, или, в другой терминологии, — тема и рема)1. Однако это соотношение может быть нарушено, и именно это возможное несовпадение компонентов синтаксической, семантической и коммуникативной структуры предложения оправдывает тезис о существовании и самостоятельности всех трех уровней членения предложения. Например, в предложении Ему весело совпадение можно обнаружить лишь относительно функции компонента весело: это и синтаксическое сказуемое, и семантический предикат, и рема сообщения, тогда как компонент ему является семантическим субъектом состояния и одновременно темой сообщения, но подлежащим оно не является.

Синтаксической науке известны все три аспекта изучения предложения, в результате чего сформировалось мнение о необходимости различать соответственно этому предложение в языке (при учете его синтаксической семантики и формальной организации) и предложение в речи, т. е. предложение, реализуемое в контексте, в конкретной речевой ситуации (при учете его коммуникативной направленности). Последнее принято называть высказыванием, хотя часто пользуются и тем же термином — предложение, имея в виду его речевое содержание.

Набор синтаксических единиц, вычленяемых в языке, образует его синтаксические средства. Как и любые другие, синтаксические средства имеют свое специфическое назначение, т. е. существуют не сами по себе, а ради определенных функций. Частные функции синтаксических единиц определяются общей коммуникативной функцией синтаксиса. Если коммуникативную функцию выполняет предложение (высказывание) как синтаксическая единица, то функцией любой синтаксической единицы докоммуникативного уровня (синтаксическая форма слова, словосочетание) можно признать роль этой единицы в построении предложения (как компонента словосочетания или члена предложения). Понятие функции часто отождествляется с понятием синтаксического значения и, следовательно, непосредственно связывается с синтаксической семантикой. При дифференцированном использовании этих терминов под значением понимается выражение внеязыковых отношений, т. е. отношений реальной действительности, в таком случае содержанием термина «функция» остаются собственно синтаксические показатели — функции «строительные», сочетательные.

1 Подробнее об этом см. в разделе «Порядок слов в простом предложении».

9


Для обозначения синтаксических единиц, членящихся на компоненты, существует и термин «синтаксическая конструкция», который используется и в отношении к абстрактной языковой модели, и в отношении к конкретной языковой единице, построенной по этой модели.

В общей языковой системе синтаксическая сторона занимает особое место — это явление высшего порядка, ибо для выражения мысли недостаточно только отбора лексического материала, необходимо правильное и четкое установление связи между словами, группами слов. Как бы ни был богат словарный запас языка, в конечном счете он всегда поддается инвентаризации. Но «язык неистощим в соединении слов»1. Именно в строе языка, т. е. в его грамматике (и в первую очередь в синтаксисе), заложено основание его национальной специфики. Известно, что многие слова русского языка имеют иноязычное происхождение, однако они спокойно уживаются с исконно русскими словами. Время сделало вполне русскими такие, например, слова, как свекла, кровать, деньги и др., и именно потому, что они подчинились правилам сочетаемости слов русского языка. В грамматической оформленности слова синтаксическая сторона всегда стоит на первом месте: так, многие морфологические свойства слова появляются в результате специфики функционирования его в предложении, яркий пример тому — история формирования и развития наречий.

Синтаксическая структура русского языка обогащается и совершенствуется. В результате постоянного взаимодействия отдельных элементов в общей синтаксической системе языка появляются параллельные синтаксические конструкции для выражения одного и того же содержания. Структурная вариативность приводит, в свою очередь, к стилистической дифференцированности.

Стилистические возможности современного русского синтаксиса вполне ощутимы и достаточно широки. Наличие вариантов в способах выражения мысли и, следовательно, в синтаксической организации речи позволяет выработать целую систему синтаксических средств, приспособленных к функционированию в различных типах общения, в разных речевых ситуациях (в разных функциональных стилях речи).

Изучение синтаксических единиц и их стилистических свойств создает возможность целенаправленного отбора выразительных средств языка, сознательного их использования в разных речевых контекстах. Выбор синтаксических единиц, соответствующих кон-

1Пушкин А. С. Полн. собр. соч. соч.: В 16 т. М.-Л., 1937— 1949. Т. 12. С. 100.

10


кретным целям речевого общения, всегда связан с поиском оптимального варианта. Причем этот оптимальный вариант должен удовлетворять требованиям не только нужного смысла, но и нужного эмоционального звучания. И эта чисто эмоциональная сторона высказывания очень часто создается средствами синтаксиса. В частности, конструкции экспрессивного синтаксиса обладают не только информационной функцией, но и функцией воздействия. Отсюда ясно, какое огромное значение имеет целенаправленное изучение синтаксической системы языка.


Науке о языке известны принципиально различные подходы к изучению предложения как синтаксической единицы. Сопоставление разных попыток дать определение предложения выявляет две основные тенденции1: 1) попытки определить предложение с помощью понятий нелингвистических (логических, логико-психологических); 2) стремление найти чисто лингвистические критерии в подходе к предложению.

По-разному определяли сущность предложения представители различных лингвистических направлений. В этих определениях особенно отчетливо проявилось различие грамматических концепций, которое, в свою очередь, объясняется различием теоретических взглядов ученых на язык вообще и его связь с процессами мышления в частности.

Наиболее отчетливо логизированная сущность предложения и его членов выявляется у представителей логико-синтаксического направления, в частности в определении Ф. И. Буслаева: «Предмет, о котором мы судим, называется подлежащим (subjectum, subject).

То, что мы думаем или судим о предмете (о подлежащем), именуется сказуемым (praedicatum, pradicat). Присоединение сказуемого к подлежащему именуется суждением. Суждение, выраженное словами, есть предложение»2. Такое определение, во-первых, отождествляет понятия логические и понятия грамматические и, во-вторых, обедняет само понятие предложения, сужая его до суждения. Если можно утверждать, что любое суждение выражается предложением, т. е. оформляется в виде предложения (не может существовать вне предложения), то абсолютно неприемлемо утверждение обратного, т. е. того, что каждое предложение есть одновременно и суждение. В суждении всегда нечто утверждается или нечто отрицается. В предложении же может не быть ни того, ни другого. Предложения типа Вы пойдете в институт? или Уходите отсюда немедленно! не передают суждений. Их содержание иного плана — не сообщение о чем-либо, а побуждение к сообщению и побуждение к действию. Понятие предложение не адекватно понятию суждение и в другом

1 См.: Мухин А. М. Структура предложений и их модели. Л., 1968. С. 21.

2Буслаев Ф. И. Историческая грамматика русского языка. М., 1959. С. 258.

12


отношении: разные по форме предложения могут выражать одно и то же суждение, например: Я испытываю боль и Мне больно; и наоборот, одно предложение способно заключать в себе два суждения, например: Кроме большого дома в Замоскворечье, ничто не напоминало о ночной схватке (Леон.). Как не тождественны, будучи соотносительными, предложение и суждение, так не тождественны члены предложения и члены суждения. Субъектом суждения является нечто ранее известное, предикатом — то новое, что составляет познавательную ценность суждения. Могут быть предложения, в которых субъект суждения совпадает с грамматическим подлежащим, а предикат — с грамматическим сказуемым. Однако это частный случай. Например, в предложении Брат приехал (с ударением на глаголе) подлежащее брат и сказуемое приехал соответствуют субъекту и предикату суждения. В иной речевой ситуации субъект и предикат могут поменяться местами, тогда как подлежащее и сказуемое останутся неизменными, например: Кто приехал?Брат приехал (ударение на слове брат). Понятие новизны связано здесь с содержанием слова брат, которое принимает на себя функцию логического предиката.

Все последующие многочисленные определения предложения, выявляющие стремление связать предложение с законченной мыслью, в конечном счете восходят к буслаевскому пониманию предложения. Такие определения неточны хотя бы потому, что «предложение есть факт речи, а не мысли»1.

Иной взгляд на предложение обнаруживается у представителей психолого-синтаксического направления в лингвистике. «Грамматическое предложение вовсе не тождественно и не параллельно с логическим суждением»,— писал А. А. Потебня. И далее: «Термины «подлежащее», «сказуемое» добыты из наблюдения над словесным предложением и в нем друг другом незаменимы. Между тем для логики в суждении существенна только сочетаемость или несочетаемость двух понятий, а которое из них будет названо субъектом, которое предикатом, это для нее, вопреки существующему мнению, должно быть безразлично...»2. А. А. Потебня не дает определения предложения, но указывает на его основной признак — сказуемость и на «собственную и первоначальную этимологическую форму сказуемого» — глагол.

Идеи А. А. Потебни были наиболее четко выражены его учеником Д. Н. Овсянико-Куликовским, определившим предложение как «слово или такое упорядоченное сочетание слов, которое сопряжено с особым движением мысли, известным под именем «предицирования» («сказуемости»)»3.

А. А. Шахматов при определении предложения учитывал логико-психологическую сторону речи. По его мнению, «предложение — это словесное, облеченное в грамматическое целое (посредством согласования составных его частей или соответствующей интонации) выражение психологической коммуникации»4. Под психологической коммуникацией ученый понимал «акт мышления, который имеет целью сообщение другим людям состоявшегося в мышлении сочетания представлений»5. Причем простейшая коммуникация состоит в том, что два представления приводятся «движением воли в предикативную... связь»6.

Представители формально-синтаксического направления рассматривали предложение само по себе, автономно и его свойства объясняли внутренним строением.

1Богородицкий В. А. Общий курс русской грамматики. М.-Л., 1935. С. 200 — 201.

2Потебня А. А. Из записок по русской грамматике. Т. 1 — 2. М., 1958. С. 68.

3Овсянико-Куликовский Д. И. Синтаксис русского языка. СПб., 1912. С. 51.

4Шахматов А. А. Синтаксис русского языка. М., 1941. С. 29.

5 Там же. С. 19.

6 Там же.

13


Например, определяли предложение как словосочетание, имеющие законченную интонацию, а члены предложения — как части речи. Так, основным предметом изучения в синтаксисе, по мнению Ф. Ф. Фортунатова, являлось словосочетание, разновидностью которого и было предложение. Представители этой школы уделяли неодинаковое внимание различным синтаксическим категориям. Например, М. Н. Петерсон особенно интересовался типами словосочетаний. А. М. Пешковский, наряду с этим, уделял большое внимание составу предложений, их типологии.

Интересно и определение предложения, данное А. М. Пешковским: «Словосочетания, имеющие в своем составе сказуемое, или указывающие своим формальным составом на опущенное сказуемое, или, наконец, состоящие из одного сказуемого; все такие словосочетания мы будем называть предложениями»1.

Таким образом, начиная с работ А. А. Потебни, в русской синтаксической науке появляется стремление определить предложение на основе конкретного ведущего признака, характеризующего его организацию. Последовательное акцентирование роли глагола в этой организации постепенно привело к более широкому пониманию категории сказуемости и, наконец, предикативности как основного признака предложения. Однако в большинстве случаев под предикативностью понималась синтаксическая связь между подлежащим и сказуемым, т. е. двумя конструктивными центрами предложения. В тех же случаях, когда язык давал примеры иных форм предложений, например одночленных (с одним главным членом), приходилось объяснять причину отсутствия другого члена: либо формальным пропуском его и наличием в мысли (А. А. Потебня и др.), либо функциональным совмещением их в одном главном члене (А. А. Шахматов).

В 20—40-е годы ученые стали активно различать формальную и коммуникативную организацию предложения. Учение о предложении как о единице прежде всего коммуникативного уровня присуще представителям Пражской лингвистической школы (В. Матезиус, Б. Гавранек, Н. С. Трубецкой, Р. О. Якобсон и др.). В. Матезиуса считают создателем актуального синтаксиса2.

Далее теория предложения развивалась по пути выявления его грамматических признаков при учете общей коммуникативной сущности и его семантики. Так, В.В.Виноградов дает такое определение: «Предложение — это грамматически оформленная по законам данного языка, целостная (т. е. неделимая далее на речевые единицы с теми же основными структурными признаками) единица речи, являющаяся главным средством формирования, выражения и сообщения мысли»3.

 

Определение предложения как минимальной, грамматически организованной единицы, служащей для выражения мысли, а также чувства и воли, является в настоящее время наиболее распространенным (в основном это концепция В. В. Виноградова). В понятие грамматической организации включается представление об основном признаке предложения как синтаксической единицы — предикативности. Предикативность является содержательным признаком предложения. И предложение мыслится

1Пешковский А. М. Русский синтаксис в научном освещении. М., 1956. С. 180.

2 См.: Современный русский язык/Под ред. В. А. Белошапковой. М., 1997. С. 686 — 686.

3Виноградов В. В. Некоторые задачи изучения синтаксиса простого предложения// Вопросы языкознания. 1954. № 1. С. 3.

14


прежде всего как единица предикативная, в отличие от словосочетания — единице непредикативной.

В понятие предикативности как грамматической категории включаются такие грамматические свойства предложения, которые позволяют ему представить сообщаемое либо как реально осуществляемое в настоящем, прошедшем и будущем времени, либо как ирреальное, т. е. только желаемое, возможное, предполагаемое и т. д. Такие грамматические значения предложения можно объединить общим значением отношения сообщаемого к действительности, это общее значение отношения называется в грамматике модальностью, и, следовательно, предложение может содержать модальность реальную или модальность нереальную1. Общее значение реальности или нереальности сообщаемого обязательно привязано к конкретному времени — настоящему, прошедшему, будущему, следовательно, понятие модальности неразрывно связано со значением времени. Этот комплекс грамматических категорий — модальности и синтаксического времени — есть предикативность. Если обобщить значение модальности и синтаксического времени, то получим общую отнесенность сообщаемого к действительности. Следовательно, предикативность — это грамматическая категория, устанавливающая общую соотнесенность сообщаемого и действительности, а общая соотнесенность включает в себя и протекание сообщаемого в рамках определенного времени (понятие синтаксического времени), и отношение сообщаемого к действительности в плане достоверности (понятие модальности).

Итак, предложение обладает категориями модальности и синтаксического времени. Обе эти категории образуют неразрывное единство, которое и есть предикативность, присутствующая в каждом предложении и являющаяся его грамм этическим значением, т. е. таким признаком, который позволяет отграничить предложение от других синтаксических объединений слов (в частности, словосочетания).

Модальность и синтаксическое время, а значит и предикативность, имеют специальные языковые средства для своего выражения. Такими средствами являются формы наклонения и времени, специальные частицы. При наличии в предложении глаголов и глагольных связок эти значения передаются с помощью форм данных слов в сочетании с частицами или без них. Например: Мальчик учится, Мальчик учился, Мальчик будет учиться; Был дождь, Будет дождь; Учился бы мальчик, Пусть учится мальчик; Был

1 В другой терминологии — план временной определенности и план временной неопределенности.

15


бы дождь, Пусть будет дождь; Ночь была холодная, Была бы ночь холодная; при отсутствии глаголов и глагольных связок предложения имеют общее значение реальности существования сообщаемого в настоящем времени, например: Ночь холодна; Дождь; Сумерки.

Кроме общего значения модальности как отношения сообщаемого к действительности (реальности или нереальности), предложение может заключать в себе и значение отношения говорящего к сообщаемому. Модальность первого плана называется объективной, модальность второго плана — субъективной. Субъективная модальность (значение отношения говорящего к сообщаемому) передается обычно дополнительными лексико-грамматическими средствами и средствами интонации. Ср., например: Брат приедет (общее значение реальности сообщаемого) и Брат, конечно, приедет; Брат, вероятно, приедет (значение безусловной или предполагаемой реальности сообщаемого). Модальность объективная является обязательным признаком предложения, а модальность субъективная — факультативным.

Каждое предложение, являясь единицей сообщения, обладает еще одним обязательным признаком — интонационной оформленностью, что также отличает данную синтаксическую единицу от словосочетания. Существуют интонации общего плана — интонация сообщения, вопроса, побуждения — и интонации более частные, сопутствующие первым — интонация утверждения, удивления, предположения и т. д. Первые определяются общими коммуникативными целями предложения; вторые — более тесно связаны с конкретным лексическим наполнением предложений и определяются им. Интонации общего плана участвуют в формировании объективной модальности. Ср., например, предложения одинакового лексического состава, произнесенные с интонацией сообщения и побуждения: Вы приедете завтра (факт утверждаемый) и Вы приедете завтра! (просьба или приказ). В первом случае модальность реальная, во втором — ирреальная, в частности побудительная1.

Итак, основным признаком предложения как синтаксической единицы является предикативность, включающая в себя значения объективной модальности и синтаксического времени (основные грамматические значения предложения). Каждое предложение имеет определенную интонационную оформленность.

Предложение строится по отвлеченному образцу, схеме. Структурные схемы лежат в основе разных предложений — од-

1 См.: Золотова Г. А. Очерк функционального синтаксиса русского языка. С. 144.

16


нокомпонентных и двухкомпонентных. Например, предложения Наступила зима; Ученик рисует; Распустились почки на деревьях построены по глагольно-именному образцу; предложения Братучитель; Радугаатмосферное явление имеют двухименную схему; предложения Темнеет; Холодает строятся по глагольному образцу; и т.д.1

Предложение выступает как семантико-грамматическое единство. Сущность этого единства заключается в следующем: предикативность, т. е. общее грамматическое значение предложения, передается с помощью разных грамматических форм (структур), избираемых соответственно нужной семантике. Семантика в данном случае понимается обобщенно, как синтаксическая семантика, в отличие от конкретного содержания отдельного предложения-высказывания, которое зависит от его лексического наполнения. Например, в предложении Отец серьезно болен сообщение о реально существующем субъекте и его состоянии передается в форме двусоставной конструкции, в которой субъект представлен как активный носитель признака. То же сообщение может быть передано и в форме конструкции У отца серьезная болезнь, где субъект представлен уже как пассивный носитель признака. Значит, разные синтаксические структуры предложений передают разную синтаксическую семантику, хотя содержательным «материалом» этих сообщений может быть один и тот же факт действительности.

Разная синтаксическая семантика характеризует разные структурные схемы предложения. Последние передают значение предикативного признака либо через отношение его к субъекту, либо бессубъектно. Например, структурная схема предложения Студент читает имеет значение «отношение между субъектом и его признаком»; структурная схема предложения Морозит имеет значение бессубъектного состояния; структурная схема предложения Грустно (Мне грустно; Ему грустно) имеет значение состояния, отнесенного к субъекту. Данные значения обнаруживаются в системе парадигм предложений, т. е. в системе своих грамматических форм. Например: Студент читает, Студент читал, Студент будет читать; Мне грустно, Мне будет грустно, Мне было грустно.

Итак, учитывая все рассмотренные признаки и характеристики предложения как синтаксической единицы, можно прийти к признанию предложения как многоаспектного явления. Предложение —

1 Описание структурных схем простого предложения наиболее полно дано в Русской грамматике. М., 1980. Т.. 2.

17


это единица сообщения, обладающая значением предикативности и построенная по определенному грамматическому образцу.

Будучи единицей коммуникативного плана, предложение выступает не само по себе, а как часть текста (сообщения); его структура, определяется коммуникативным заданием, целью (вопрос, побуждение, сообщение). Семантическая организация вскрывает обобщенное значение предложения и его компонентов (субъектность и бессубъектность; отношения между субъектом и его действием). В структурном отношении предложение представляет собой реализацию одного из возможных языковых образцов. Образцы-схемы могут быть однокомпонентными или двухкомпонентными, имеющими парадигмы или не имеющими их (разные грамматические формы).


В определении словосочетания, в понимании его сущности и его отношения к предложению в грамматических учениях нет единства. Учение о словосочетании развивалось противоречиво и сложно. Для одних языковедов характерно было понимание словосочетания, опирающееся на этимологическое значение термина. Под словосочетанием понималось любое сочетание полнозначных слов, оформленное грамматическими и смысловыми показателями, независимо от их формы и назначения в речи. В таком случае и предложение как грамматически организованная единица относилось к разряду словосочетаний, а весь синтаксис объявлялся учением о словосочетании. Такое понимание сущности словосочетания свойственно Ф. Ф. Фортунатову. Эти взгляды отразились в трудах А. М. Пешковского и М. Н. Петерсона. Так, Ф. Ф. Фортунатов определяет словосочетание следующим образом: «Словосочетанием в речи я называю то целое по значению, которое образуется сочетанием одного полного слова (не частицы) с другим полным словом, будет ли это выражение целого психологического суждения, или выражение его части»1. И далее: «В тех случаях, когда словосочетание является полным предложением в речи, отношение одного предмета мысли к другому открывается в психологическом суждении, выражающемся в этом словосочетании, как в полном предложении»2. Значит, предложение причисляется к одному из разрядов словосочетаний. А. М. Пешковский еще шире понимает словосочетание: «Словосочетание есть два слова или ряд слов, объединенных в речи и в мысли»3. При таком подходе считается возможным рассматривать как одно словосочетание объединение двух (или даже нескольких) предложений. Как соединение слов, равное простому предложению, рассматривает словосочетание М. Н. Петерсон («Очерк синтаксиса русского языка», 1923 г.), исключив из синтаксиса учение о предложении.

Особый интерес представляет освещение вопроса о словосочетании А. А. Шахматовым: «Словосочетанием называется такое соединение слов, которое образует грамматическое единство, обнаруживаемое зависимостью одних из этих слов от других»4. В таком случае в первую очередь рассматриваются отношения второстепенных членов друг к другу и их отношения к главным членам, т. е. словосочетания выделяются из предложения. Однако само предложение также причисляется к разряду

1Фортунатов Ф. Ф. О преподавании грамматики русского языка в средней школе//Избранные труды. М., 1957. Т. 2. С. 451.

2 Там же.

3Пешковский А. М. Русский синтаксис в научном освещении. С. 35.

4Шахматов А. А, Синтаксис русского языка. С. 274.

19


словосочетаний, но в отличие от других такие словосочетания объявляются законченными. Наибольший интерес представляет характеристика незаконченных словосочетаний, которые делятся на независимые (с господствующим словом в независимой форме, таким является подлежащее двусоставного предложения или главный член односоставного предложения) и зависимые (с господствующим словом в зависимой форме).

Сложившаяся грамматическая традиция нашла отражение и во взглядах В. П. Сухотина на проблему словосочетания. Эти взгляды изложены в статье «Проблема словосочетания в современном русском языке»1. Под словосочетанием здесь понимается «минимальное грамматическое и смысловое единство в составе предложения, отражающее связи реальной действительности»2. Такое определение приводит к следующим выводам3: 1) словосочетание вычленяется из предложения; 2) вычленяемое в составе предложения объединение подлежащего и сказуемого также является словосочетанием; словосочетания бывают, таким образом, предикативными (сочетание подлежащего со сказуемым) и непредикативными (все остальные сочетания полнозначных слов в составе предложения); предикативные словосочетания выполняют функцию сообщения или высказывания о действительности; 3) в некоторых частных своих проявлениях словосочетание может совпасть с предложением (если оно состоит только из подлежащего и сказуемого); 4) словосочетания подразделяются на однородные (с сочинительной связью: учитель и инженер) и неоднородные (с подчинительной связью: учитель инженера).

Во всех приведенных трактовках словосочетания объединяющим является понимание словосочетания как такого синтаксического единства, которое вычленяется из предложения и существует только в предложении. Из этого общего понимания словосочетания вытекает и признание предикативных словосочетаний и словосочетаний сочинительных, отношения между компонентами которых складываются в предложении.

Принципиально иное понимание словосочетания находим в трудах В. В. Виноградова, который разграничивает понятия словосочетания и предложения. Разграничение это проводится прежде всего на функциональной основе: предложение — единица коммуникативная, единица сообщения, словосочетание — единица номинативная, единица назывная. В. В. Виноградов пишет: «Словосочетание и предложение — понятия разных семантических рядов и разных стилистических плоскостей. Они соответствуют разным формам мышления. Предложение — вовсе не разновидность словосочетания, так как существуют и слова-предложения. Но оно и по внутреннему существу своему, по своим конструктивным признакам непосредственно не выводимо из словосочетания. Понятие словосочетания в своем содержании не заключает никаких грамматических признаков, которые... указывали бы на законченность сообщения. Словосочетание только в составе предложения и через предложение входит в систему коммуникативных категорий речи, средств сообщения. Но оно относится так же, как слово, и к области «номинативных» средств языка, средств обозначения. Оно так же, как и слово, представляет собой строительный материал, используемый в процессе языкового общения. Предложение же — произведение из этого материала, содержащее сообщение о действительности»4.

Из такого понимания словосочетания следует, что не всякое объединение полнозначных слов является словосочетанием, а лишь такое, которое представляет собой

1 См.: Вопросы синтаксиса современного русского языка. М., 1950. С. 127 — 177.

2 Там же. С. 175.

3 См. там же. С. 175— 176.

4Вопросы синтаксиса современного русского языка. С. 38.

20


«продукт семантического распространения слова»1, т. е. построено по правилам распространения слова. Следовательно, в теорию словосочетания включаются вопросы, связанные с выяснением грамматических отношений между компонентами сложного наименования, каким является словосочетание, и определением значения, которое выражается данным наименованием. Отсюда следует, что взаимоотношения подлежащего и сказуемого, а также взаимоотношения ряда слов, объединенных сочинительной связью (однородных членов), целиком относятся к теории предложения и к проблемам словосочетания никакого отношения не имеют.

Такое понимание словосочетания нашло отражение в ряде учебников и учебных пособий для высшей школы, а также в академических изданиях и монографиях2. Эта теория получает дальнейшее развитие в ряде исследовательских работ. Словосочетание как единица «именующая», в отличие от предложения как единицы «сообщающей», определяется в Русской грамматике3.

Однако понимание это не является общепризнанным. Полярная точка зрения по отношению к данной — полное отрицание словосочетания как синтаксической единицы4.

Существование противоположных концепций обычно свидетельствует о сложности проблемы. В данном случае представляется необходимым уточнить понимание словосочетания, идя по пути не полного отрицания, а сужения этого понятия. Словосочетание не является первичной единицей синтаксиса, но оно существует как синтаксическая единица докоммуникативного уровня, поскольку имеет специфику в своей синтаксической организации, отличную от синтаксической организации предложения. И обнаруживается это различие в связях и отношениях между компонентами словосочетания и предложения. Отнюдь не каждое смысловое и грамматическое объединение слов в составе предложения можно признать словосочетанием, а лишь такое, которое проявляет подчинительные свойства слов.

Мнение о разграничении словосочетания и предложения высказывалось многими лингвистами, например, А. А. Шахматовым, Л. В. Щербой. Но наиболее последовательно и аргументированно проведена эта идея в трудах В. В. Виноградова, Н. Н. Прокоповича, Н. Ю. Шведовой.

В других случаях, хотя и признавалось это мнение, по существу оно снималось при попытках дать соответствующие классификации: предложение и словосочетание рассматривались в одной плоскости. Ср., например, словосочетания законченные и незаконченные (Ф. Ф. Фортунатов), предикативные и непредикативные (Н. С. Трубецкой) и др.

Словосочетание — это смысловое и грамматическое объединение двух (или нескольких) знаменательных слов или форм слов, проявляющее их подчинительные свойства: цивилизованное

1Вопросы синтаксиса современного русского языка. С. 38.

2 См.: Грамматика современного русского литературного языка. М., 1970; Прокопович И. N. Словосочетание в современном русском литературном языке. М., 1966.

3Русская грамматика. М., 1980. Т. 2. С. 80.

4 См., например, статью: Фоменко Ю. В. Является ли словосочетание единицей языка?//Филологические науки. 1975. № 6.

21


общество, полет ракеты, желание работать, лететь самолетом, любить спорт, поехать в город, находиться в квартире, лежать на земле, читать вслух, человек сильного характера, готовый к бою, свободный от предрассудков, экономически выгодный. Словосочетание служит средством номинации и строится по определенному образцу: существительное и согласуемое прилагательное, глагол и управляемая словоформа и т. д. Компонентами словосочетания являются: 1) главное слово (или стержневое) и 2) зависимое слово. Главное слово — это слово грамматически независимое. Зависимое слово — это слово, которое формально подчиняется требованиям, исходящим от главного слова.

Словосочетания имеют черты, позволяющие сопоставить их с отдельным словом. Прежде всего, в семантическом плане они конкретизируют общие значения слов (ср. общее значение слова стол и конкретизированные значения его в словосочетаниях письменный стол, обеденный стол, паспортный стол, хороший стол, диетический стол; общее значение глагола ходить и конкретизированные в словосочетаниях ходить по улице, ходить на работу, ходить за ребенком, ходить на охоту, ходить из рук в руки, ходить в пастухах, ходить босиком, ходить угрюмым). Близостью к слову объясняется и та большая роль, которую словосочетания играют в словообразовательных процессах. Процессы эти разнообразны и показательны. Например, вытеснение словосочетания одним из его компонентов с преобразованием оставшегося в смысловом и грамматическом отношении (так называемая эллиптическая субстантивация): столовая комнатастоловая, шампанское виношампанское, выходной деньвыходной, сборная командасборная, штрафной ударштрафной; тот же эллипсис усматривается и в образованиях причастий: обвиняемый, пострадавший, заведующий, командующий; иной путь словообразования наблюдается при использовании суффиксации: передовая статьяпередовая и передовица, открытое письмооткрытка, футбольная рубашкафутболка. Многие словосочетания способны просто переходить в цельнооформленные слова: впередсмотрящий, болеутоляющий, глубокоуважаемый и др. или трансформироваться в сложносокращенные слова: сельский советсельсовет, специальный корреспондентспецкор, профсоюзный организаторпрофорг т.д.; другие — выступать в одном синонимическом ряду со словами, например: молодой человекюноша, старый мужчинастарик.

Однако, несмотря на некоторую близость к слову, словосочетание отграничивается от него, и прежде всего тем, что оно является

22


всегда совокупностью грамматически организованных компонентов. Эта грамматическая организованность возникает в результате появления у слова семантического распространителя, который в зависимости от своих лексико-грамматических возможностей приспосабливается к этому господствующему слову. Еще А. В. Добиаш обратил внимание на «способность разных разрядов слов распространять свой смысл разными формами сочетаний с другими словами»1 и строил свою синтаксическую концепцию именно на семасиологии частей речи и их форм.

Поскольку словосочетание состоит из распространяемого и распространяющего компонентов, его система форм опирается на систему форм распространяемого слова, т. е. слова стержневого: осенний день, осеннего дня, осеннему дню, осенним днем, об осеннем дне; живу в городе, живешь в городе, живет в городе, живем в городе, живете в городе, живут в городе.

Грамматическая организованность словосочетания, проявляющаяся в грамматической зависимости одного из компонентов от другого, позволяет говорить о структуре словосочетания, однако для структуры словосочетания не характерны те синтаксические категории, которые свойственны структуре предложения (категория предикативности, включающая модальность и синтаксическое время). Не свойственна словосочетанию и интонационная завершенность — неотъемлемое качество любого предложения, так как это грамматическое средство выражения законченности мысли.

Есть и другие структурные различия между словосочетанием и предложением. Прежде всего это различие в характере синтаксической связи.

Словосочетание всегда строится по принципу субординации — подчиняющего и подчиненного. Субординативная, или подчинительная, связь предопределена семантической и грамматической природой словосочетания — это непредикативное соединение слов. Синтаксические связи в предложении сложнее и многообразнее (см. § 10).

Словосочетания используются в коммуникативной функции лишь в составе предложения и именно в составе предложения реализуют свои возможности: подвергаются различным преобразованиям, обусловленным строем предложения, вступают в связи и отношения с другими словами и словосочетаниями. Больше того, базой для образования словосочетаний является именно предложение. Конкретные словосочетания существуют только в предложении

1Добиаш А. В. Синтаксис Аполлония Дискола. Киев, 1882. С. 91.

23


и строятся в процессе коммуникации. Во многих случаях структура словосочетания объясняется лишь коммуникативным заданием предложения1 (в тех случаях, когда допускается распространение разными формами слов), например, выбор словосочетания купить сахар или купить сахару, принести воду или принести воды всецело диктуется коммуникативной функцией предложения.

Словосочетания не существуют в готовом виде в языке как единицы наименования, как отдельные слова и поэтому не обладают воспроизводимостью. Их конкретное лексическое наполнение всегда привязано к предложению, и оно бесконечно разнообразно. Конкретные словосочетания строятся, безусловно, в процессе коммуникации, но они строятся соответственно имеющимся для них общим схемам, общим правилам, т. е. по имеющимся в языке моделям.

Связь словосочетаний с предложением обнаруживается и в том, что некоторые из них, приобретая функцию предложения при помощи интонации, категории предикативности, словорасположения, утрачивают свою принадлежность к словосочетаниям. Например, словосочетание хорошая погода может стать предложением как односоставным — Хорошая погода, так и двусоставным — Погода хорошая. Перестановка слов в таком случае связана с преобразованием определительных отношений в отношения предикативные. Процесс воздействия предложения на словосочетание можно проследить на ряде случаев.

Многие словосочетания под воздействием предложения начинают перестраиваться или даже распадаться. Конечно, это свойственно тем словосочетаниям, которые построены при помощи несильной синтаксической связи2. Такими можно считать, например, многие глагольные словосочетания. Включение их в предложение — процесс многосторонний. Так, в предложении Сейчас прибегал Юсуф из кишлака пространственное глагольное словосочетание прибегать (прибегал) из кишлака почти распалось, так как словоформа из кишлака, контактируя с существительным Юсуф, как бы высвобождается из-под влияния глагола и начинает тяготеть к существительному. В результате обнаруживается двусторонняя связь: прибегал из кишлака и Юсуф из кишлака. Во втором случае словоформа

1 См.: Скобликова Е. С. Согласование и управление в русском языке. М., 1971. С. 73.

2 Сильные синтаксические связи не дают словосочетанию возможности распасться, такими являются, например, сочетания прилагательного с именем существительным, если, конечно, нет качественного преобразования отношений — определительных в предикативные: красивая девушкадевушка красивая; или сочетания с сильно управляющим глаголом и др.

24


из кишлака дает особый тип связи, подчинительный характер которой обнаруживается только в логическом плане1.

Новая синтаксическая зависимость выдвигает на первый план и новую функцию — определительную, хотя сочетание Юсуф из кишлака, безусловно, сохраняет и пространственное значение, но лишь в виде оттенка. Словоформа из кишлака может совсем оторваться от глагола. Например, при таком словорасположении: Юсуф из кишлака прибегал сейчас (с паузой перед глаголом).

Полный отрыв зависимой словоформы от стержневого слова и выдвижение ее в начало предложения приводит к появлению словоформы, грамматически связанной со всей последующей предикативной единицей и являющейся ее распространителем. Естественно, что в такой позиции исходное функциональное значение словоформы (обстоятельственное) фиксируется наиболее четко, так как определительная функция всегда непосредственно связана с обозначением предмета, а в данном случае эта связь утрачена.

Распад глагольного словосочетания может произойти и в случае отрыва обстоятельственной словоформы от предложения и приобретения ею функции присоединительного члена: Сейчас прибегал Юсуф, из кишлака; и, наконец, при максимальной самостоятельности употребления: Сейчас прибегал Юсуф. Из кишлака.

Ср. еще примеры: глагольная зависимость — Пассажиры стали выходить из вагонов с рюкзаками и чемоданами (выходить с рюкзаками); двусторонняя зависимость — Пассажиры с рюкзаками и чемоданами стали выходить (пассажиры с рюкзаками и с рюкзаками стали выходить); именная зависимость — Пассажиры с рюкзаками и чемоданами стали выходить из вагонов (с паузой перед глаголом). В примере Кустарник. Мох. Приземистые ели. Березки-карлики вдоль берегов бегут к семидесятой параллели (Лис.) словоформа вдоль берегов, возникшая как приглагольная, допускает двойную зависимость, что можно подчеркнуть интонационным членением предложения: Березки-карлики вдоль берегов/бегут к семидесятой параллели и Березки-карлики/ вдоль берегов бегут к семидесятой параллели. Словоформа вдоль берегов, будучи оторванной от глагола, неизбежно включается в состав субстантивного словосочетания и тем самым приобретает атрибутивную функцию, однако ее конкретное лексическое значение придает такому сочетанию обстоятельственный оттенок.

1 См.: Золотова Г. А. О синтаксической форме слова// Мысли о современном русском языке. М., 1969. С. 65.

25


Таким образом, словорасположение, интонация, диктуемые коммуникативным заданием конкретного предложения, определяют синтаксические связи словоформ и влияют на их отнесенность к тому или иному словосочетанию, а в некоторых случаях вырывают словоформу из состава какого бы то ни было словосочетания и последняя становится самостоятельным структурным элементом предложения.

Такие словоформы под влиянием структуры предложения легко становятся относительно «свободными». Их позицию в предложении и отнесенность к тем или иным словам определяет конкретное коммуникативное задание отдельного предложения, а иногда и более широкий контекст. Проследим это на примерах. В предложении Феликс вернулся с черным пакетом, в котором были фотографии (Триф.) сочетание с черным пакетом явно зависит от глагола. Однако в другом предложении Вошел Феликс с миской, где был разведен клейстер (Триф.) предложно-падежная форма с миской обнаруживает двустороннюю связь, так как контактное расположение ее с именем проявляет именную зависимость, хотя глагольная связь остается достаточно прочной, поскольку признак «с миской» при собственном имени явно нехарактерен. При том же расположении слов, но при ином интонационном оформлении, т. е. с иными логическими акцентами, вызванными иным контекстом (здесь очевидно влияние сложного синтаксического целого), эта словоформа начинает всецело тяготеть к глаголу: Феликс взял угольное ведро и протопал через веранду вниз по лестнице, в сарай... Вернулся Феликс с ведром угля (Триф.).

В таком контексте глагол вернулся имеет логическое ударение, а пауза обязательна после имени, и, следовательно, распространенная словоформа с ведром угля обнаруживает связь только с глаголом. Влияние широкого контекста на грамматическую отнесенность словоформ довольно ярко наблюдается и в следующем примере: Он вошел с каким-то конвертом. «Сегодня, смотри вот, пришло послание от Аширки Мамедова. Бедняга спрашивает, покупать ли на нашу долю спальные мешки...» Он мурлыкал и скрипел стелькой, стоя возле стула Лоры с конвертом в руке (Триф.). Только общая «синтаксическая ситуация» подсказывает прямую отнесенность распространенной словоформы с конвертом в руке исключительно к деепричастию стоя, а не к контактно расположенному имени.

В тех же случаях, когда контекст не определяет функционирование словоформ, они обнаруживают все свои возможности, т. е. испытывают двустороннюю отнесенность: Увидел комнату в бараке, где прожил в прошлом году полтора месяца (Триф.); Окно в стене занимало мало места (Фед.).

26


Итак, в отдельно взятом предложении, при различном порядке слов предложно-падежные формы, способные обнаруживать глагольную и именную отнесенность, проявляют то одну связь, то другую, то одновременно обе. Их отнесенность к тем или иным словам может быть ограничена более широким контекстом, общей синтаксической ситуацией, которые конкретизируют связи слов. Следовательно, синтаксическая сочетаемость — явление вторичное, подчиненное смысловой сочетаемости.

Свободное функционирование в составе предложения некоторых предложно-падежных форм свидетельствует о том, что связи и отношения этих форм с другими словами строятся в структуре предложения.

Так функционирование словосочетания в предложении приводит к очень существенным изменениям в грамматических связях слов.

Порядок расположения слов в предложении может способствовать распаду того или иного словосочетания, перераспределению грамматических отношений, проявлению контактных связей, если тому не препятствует лексическая несочетаемость.

Предложно-падежные формы, первоначально связанные с глагольными словами, т. е. выступавшие в качестве зависимого компонента глагольного словосочетания, испытывают воздействие контекстуальных условий (как структурных, так и лексических) и приобретают новые грамматические свойства, функционально обогащаясь, видоизменяясь.

Интересны в этом отношении примеры, взятые из «Заметок на папиросной коробке» К. Паустовского:

У многих из нас есть плохая привычка записывать в двух-трех словах свои мысли, впечатления и номера телефонов на папиросных коробках.

И вот я решил статьи не писать, а обратиться к своим записям на папиросной коробке.

Словосочетания записывать на папиросных коробках, записи на папиросной коробке, заметки на папиросной коробке иллюстрируют сложный процесс грамматических преобразований. Глагольное словосочетание с объектной предложно-падежной формой дало толчок к образованию субстантивного словосочетания с ведущим словом записи, тесно связанным с глаголом, эта «глагольность» сказалась в том, что предложно-падежная форма сохранила объектное значение (записи на чем?), но наряду с этим имя допускает и наличие функции определительной (записи какие?). Это случай смешанный, но не переходный, т. е. допускающий двоякое понимание.

В словосочетании заметки на папиросной коробке стержневое слово по грамматическим и семантическим качествам менее связано

27


с глаголом, чем существительное запись. Отсюда и более сложные грамматические отношения между компонентами словосочетания: усиление определительной функции ослабляет функцию объектную, наблюдается функциональное совмещение — словосочетание характеризуется атрибутивно-объектными отношениями (переходный случай).

Словосочетание свою функциональную значимость приобретает под воздействием предложения. Это воздействие может быть настолько существенным, что словосочетание распадается на отдельные словоформы, которые начинают употребляться независимо от своего подчиняющего компонента. Особенно это проявляется при функционировании в качестве самостоятельных предложений. Например: За городом, четыре часа дня (Леон.); В вагоне. Темно от вещей и людей (Пан.); Под Одессой, в светлую, теплую ночь конца августа. Шли, гуляя, по высоким обрывам над морем (Бун.). Особенно широко такие словоформы распространены в заголовках: На рейде; Без энтузиазма; У обелиска; На съезде; Для школьников; Дорогами воспоминаний. Подобные словоформы могут быть распространенными, т. е. включать в себя словосочетания. Вот примеры заголовков из газет: В интересах всех народов; За порогом спортшколы; На трудовой вахте; По случаю праздника; У истоков энтузиазма; На языке друзей; У стен Кремля; В расчете на эффект; После восьми туров; К взаимной выгоде; По приглашению друзей. Так отдельная словоформа, вычленившаяся из словосочетания, становится синтаксически значимой единицей, способной к самостоятельному функционированию.

Если попытаться установить иерархию синтаксических единиц и определить их функциональную значимость в общей синтаксической системе, то можно прийти к общему выводу: предложение — это минимальная единица верхнего уровня синтаксической системы, имеющая коммуникативную значимость; из предложения вычленяются единицы более низкого уровня — словосочетания, несущие коммуникативную нагрузку только в составе предложения или будучи преобразованными в предложения; словосочетания, опирающиеся на несильную синтаксическую связь, в свою очередь, способны вычленять из себя синтаксические единицы еще более низкого уровня — синтаксические формы слов. Последние также в соответствующих условиях способны приобретать самостоятельную коммуникативную значимость или включаться в предложение как его структурный элемент. Таким образом, предложения могут состоять и из словосочетаний, цельных или преобразованных, и из отдельных словоформ. Так, в предложении Купил интересную

28


книгу вычленяются два словосочетания купил книгу и интересную книгу; в предложении На улице темно нет словосочетаний, словоформа на улице выступает как самостоятельный синтаксический элемент предложения; в предложении На пустынной улице темно словоформа на улице распространяется согласуемой частью речи, в результате чего появляется словосочетание пустынной улице, однако само это сочетание не зависит от отдельного слова (ср.: На пустынной улице темно.Находиться на пустынной улице). Анализ словосочетания и его отношения к слову и к предложению позволяет сделать следующие выводы.

1. Словосочетание как грамматически организованное непредикативное объединение знаменательных слов участвует в построении предложения, подчиняясь структуре предложения; воздействие предложения на словосочетание бывает иногда столь значительным, что приводит к его распаду и перераспределению грамматических зависимостей в составе предложения; в таких случаях вышедшие из-под влияния словосочетания зависимые словоформы становятся самостоятельными синтаксическими элементами предложения. Главное отличие словосочетания от предложения — его непредикативность, т. е. отсутствие соотнесенности с ситуацией речи.

2. Участвующие в построении предложения словосочетания сами выкристаллизовываются в предложении и вычленяются из него.

3. Словосочетания строятся по принципу семантического распространения слова как определенной лексико-грамматической категории, и потому взаимоотношения составляющих его компонентов оформляются по принципу субординативной синтаксической связи.

4. Отрицание коммуникативной функции у словосочетания влечет за собой исключение из разряда словосочетаний пары слов, образуемой подлежащим и сказуемым, так как здесь налицо отношения, возникающие только в предложении и характерные только для предложения — отношения предикативные.

5. Из разряда словосочетаний исключаются и такие объединения слов в предложении, которые соединяются по принципу равноправных синтаксических элементов, т. е. по принципу сочинения. Группы однородных членов не составляют словосочетаний, так как это незамкнутые ряды слов (наименования разных явлений действительности), их нельзя считать «распространенными словами». Наличие в языке небольшого количества объединений слов с сочинительной связью, выполняющих номинативную функцию, типа ночь и день (сутки), ни свет ни заря (очень рано), отец и мать (родители), муж и жена (супруги), не нарушает этого вывода, так как такие наименования не имеют стержневого слова, и их

29


замкнутость — явление отнюдь не синтаксическое, а сугубо лексическое. Характерно, что таких соединений слов крайне мало.

6. Не образуют словосочетания и конструкции, состоящие из обособленного оборота и слова, к которому он относится. Объединение этих единиц осуществляется только в предложении и отношения к словосочетанию не имеет. Ср.: Успокоенная девочка стала разглядывать картину.Успокоенная, девочка стала разглядывать картину. В первом предложении выделяется словосочетание успокоенная девочка, которое обнаруживает связь согласования, в другом предложении соединение слов успокоенная и девочка, хотя и сохраняет признаки формального согласования, по существу, вступает в более сложные взаимоотношения, создаваемые не столько формами слов, сколько интонационной расчлененностью, значением полупредикативности, которые возможны лишь в предложении, а не в словосочетании: отношения между обособленным определением и определяемым именем сродни отношениям между словами в предложении Девочка успокоилась и стала разглядывать картину.

В зависимости от количества составляющих компонентов словосочетания делятся на простые и сложные1.

Простые словосочетания состоят из двух знаменательных слов. Это слово, распространенное одним компонентом, например: загородная прогулка, лететь самолетом, недостаточно прочный, очень веселый. Как правило, простые словосочетания двусловны. К простым словосочетаниям относятся словосочетания, в составе которых имеются аналитические формы слова, например: буду говорить откровенно; самый интересный сюжет. К числу простых в семантическом отношении примыкают и словосочетания, в которых зависимый компонент представляет собой синтаксическое или фразеологическое единство (несвободное словосочетание), например: человек низкого роста (нельзя: человек роста), офицер с загорелым лицом (нельзя: офицер с лицом); девушка шестнадцати лет (нельзя: девушка лет), работать спустя рукава. Семантически такие словосочетания равноценны двусловным: низ-

1 В «Русской грамматике» (М., 1980. Т. 2. С. 81 — 82) выделяются словосочетания простые, сложные и комбинированные. Ср. также: Русский язык: Энциклопедия. М., 1997. С. 508.

30


корослый человек, загорелый офицер, шестнадцатилетняя девушка, работать плохо; такому же типу словосочетаний близки словосочетания с фразеолоптированными глагольными образованиями канцелярского, книжного характера — производить осмотр помещения, проявлять интерес к делу, оказывать помощь нуждающимся, вести борьбу с разгильдяйством, принимать участие в соревнованиях (ср.: осматривать помещения, интересоваться делом, помогать нуждающимся, бороться с разгильдяйством, участвовать в соревнованиях). Такие словосочетания представляют собой образования переходного типа от простых к сложным: семантически они являются — простыми, а структурно — сложными, так как допускают вычленение из их состава двусловных словосочетаний — производить осмотр, проявлять интерес, низкий рост, загорелое лицо, шестнадцать лет, спустя рукава.

Словосочетания сложные состоят более чем из двух знаменательных слов. Они представляют собой различную комбинацию простых словосочетаний или слова и простого словосочетания. Возможны некоторые обобщения таких комбинаций.

1. Простое словосочетание и зависимая от него отдельная словоформа: часто применяемый в клинике; кирпичный дом на окраине; настойчиво просить о помощи; красивое платье в горошек. Такие словосочетания распадаются на две части: часто применяемый<-- в клинике; кирпичный дом<-- на окраине; настойчиво просить<-- о помощи; красивое платье <-- в горошек. Особенность таких словосочетаний состоит в том, что в них зависимые словоформы друг с другом не связаны грамматически, а это дает возможность и по-другому представить внутреннее членение словосочетания: часто --> применяемый в клинике; кирпичный --> дом на окраине; настойчиво --> просить о помощи; красивое --> платье в горошек.

2. Стержневое слово и зависимое от него простое словосочетание: здание с белыми колоннами, прочитать интересную книгу, старик с седой бородой, иметь большое желание, готовый к наступлению отряд, близкое к окончанию задание, дерзкая на язык девочка, скупая на цвета природа, вкусное на вид яблоко, тождество двух величин. Особенность строения таких словосочетаний состоит в том, что зависимая словоформа в зависимом простом словосочетании связана только с главным словом этого словосочетания и никакого отношения не имеет к стержневому слову всего сложного словосочетания; такие сложные словосочетания допускают только одно членение: здание<-- с белыми колоннами;

31


прочитать<-- интересную книгу; старик <-- с седой бородой; иметь<-- большое желание; готовый к наступлению --> отряд; близкое к окончанию --> задание; дерзкая на язык --> девочка; скупая на цвета --> природа; вкусное на вид --> яблоко; тождество<-- двух величин (ср. с возможностью перераспределения связей между словами в словосочетаниях первого типа: кирпичный дом<-- на окраине; кирпичный --> дом на окраине).

3. Стержневое слово и две (и более) зависимые словоформы, не образующие словосочетания (т. е. не связанные друг с другом). Это некоторые глагольные словосочетания, в которых глагол способен распространяться двумя существительными: положить доски в ряд, вовлечь учащихся в работу, завернуть книгу в бумагу, превратить воду в пар, вбить кол в землю, вернуть сдачу кассиру, сшить пальто ребенку. Такие словосочетания, в отличие от первых двух групп, не являются продуктом соединения целых словосочетаний. Образование этих словосочетаний объясняется лексико-грамматическими свойствами переходных глаголов: они способны распространяться несколькими предложно-падежными формами, т. е. обнаруживают двойную синтаксическую связь: превратить воду и превратить в пар; вбить кол и вбить в землю; вернуть сдачу и вернуть кассиру; сшить пальто и сшить ребенку. Такие словосочетания возможны и среди некоторых субстантивных: превращение воды в пар, вовлечение учащихся в работу. Нетрудно заметить, что имена существительные в них отглагольного происхождения.

Наряду с трехсловными словосочетаниями могут образовываться словосочетания четырехсловные, пятисловные и т. д. Однако такие сложные словосочетания строятся по тому же принципу: распространения уже имеющихся слов в словосочетании простом или сложном трехсловном. Например: готовый боротьсяготовый бороться в одиночку, всегда готовый бороться в одиночку; скупая на цвета природаскупая на цвета северная природа, очень скупая на цвета северная природа; вкусное яблоковкусное на вид яблоко, вкусное на вид антоновское яблоко, очень вкусное на вид антоновское яблоко. Несмотря на большой объем таких словосочетаний, они не теряют своего семантико-грамматического единства, так как принципы соединения составляющих их компонентов сохраняются: они опираются на принцип построения простых словосочетаний. Такие словосочетания иногда называются комбинированными1. Строятся они на основе связей, исходящих от

1 См.: Грамматика современного русского литературного языка. М., 1970. С. 537; Русская грамматика. Т. 2. С. 82.

32


разных стержневых слов: увлеченно читать интересную книгу (увлеченно читать, читать книгу, интересную книгу).

Возможность построения сложных многословных словосочетаний отнюдь не свидетельствует о безграничности их объема. Усложнение простых словосочетаний ограничено рамками некоммуникативных объединений слов. Соединения слов, полученные на основе предикативности, не могут рассматриваться в кругу словосочетаний. Следовательно, объем словосочетания ограничен его грамматической природой, его качественным отличием от предложения1.

В зависимости от принадлежности главного слова к той или иной части речи различаются лексико-грамматические типы словосочетаний: глагольные, именные и наречные. Более детально классификация по такому признаку может быть представлена следующим образом.

Глагольные словосочетания

1. Глагольные словосочетания с зависимым именем существительным и местоимением: а) беспредложные, например: купить хлеба, жалеть людей, писать карандашом, залить водой, понравиться ей; б) предложные, например: подойти к причалу, сесть на землю, поговорить с другом, подумать о жизни, расположиться у дороги, выйти из-под влияния, обратиться к нему.

2. Глагольныесловосочетания с зависимым инфинитивом или деепричастием, например: просить приехать, предложить отдохнуть, поехать полечиться; идти не оглядываясь, сидеть задумавшись.

3. Глагольные словосочетания с наречием, например: поступать правильно, выражаться туманно, рассказывать увлекательно, повторять дважды, увеличивать вдвое, поселиться наверху.

1 См.: Прокопович И. И. Словосочетание в современном русском литературном языке. С. 72.

33


Именные словосочетания

1. Субстантивные словосочетания (с главным словом — существительным): а) с существительным в качестве зависимого слова: беспредложные, например: порог дома, речь президента, секретарь собрания, стакан воды, простота речи, время обеда, горе разлуки, галстук бабочкой; предложные, например: стол под деревом, боль от ушиба, отрывок из сочинения, люди с улицы, бутылка из-под молока, опасность для ребенка, дорога к сердцу, плавание под водой, подробности о процессе; б) с прилагательным в качестве зависимого слова: железная кровать, полезное дело, активное участие, соболья шапка; в) с местоименным прилагательным в качестве зависимого слова, например: моя книга, ваша семья, всякий человек, каждое утро, чья-то история; г) с порядковым числительным в качестве зависимого слова, например: второй день, шестая рота; д) с причастием в качестве зависимого слова, например: прочитанная книга, выглаженная рубаха, любящая женщина; е)с наречием в качестве зависимого слова, например: удар наотмашь, прогулка пешком, шапка набекрень, кофе по-турецки; ж)синфинитивомв качестве зависимого слова, например: намерение возвратиться, умение рассказывать, желание блеснуть.

2. Адъективные словосочетания (с главным словом — прилагательным): а) с именем существительным в качестве зависимого слова: беспредложные, например: полный смущения, покорный судьбе, жалкий слабостью; предложные, например: черный от загара, смелый от рождения, вредный для здоровья, жадный до знаний, последний из всадников, готовый к отъезду, черный с проседью; б) с местоимением в качестве зависимого слова: беспредложные, например: нужный нам, приятный вам; предложные, например: близкий для себя, трудный для нас; в) с наречием в качестве зависимого слова, например: по-летнему зеленый, дружески заботливый, очень страшный, довольно приятный, по-стариковски сутулый, пустая внутри; г) с инфинитивом в качестве зависимого слова, например: готовый бороться, способный любить.

3. Словосочетания с именем числительным (в том числе субстантивированным) в роли главного слова, например: третий от конца, первый из трех, пятый из пассажиров, две книги, трое в шинелях.

4. Словосочетания с местоимением в роли главного слова, например: каждый из нас, мы с братом.

34


Наречные словосочетания

1. Наречные словосочетания (с главным словом — наречием) с наречием в качестве зависимого слова, например: очень ловко, весьма искусно, совершенно одинаково, слишком резко, чуть слышно, совсем недавно, далеко позади, нарочито громко.

2. Наречные словосочетания с именем существительным в качестве зависимого слова: а) беспредложные, например: осенью прошлого года, быстрее птицы (лететь), лучше друга; б) предложные, например: смешно до слез, далеко от друзей, низко над землей, незадолго до праздника.

В зависимости от степени слияния компонентов словосочетания могут быть свободными и несвободными.

Свободные словосочетания состоят из слов, сохраняющих свое самостоятельное лексическое значение. Компоненты свободного словосочетания могут замещаться словами соответствующей категории, например: поздняя осень, ранняя осень, холодная осень; любить труд, любить науку, любить детей; говорить тихо, говорить взволнованно, говорить ласково. Сочетающиеся словоформы свободны здесь в том смысле, что могут быть замещаемы при использовании в предложении в соответствии с конкретным коммуникативным заданием. Однако свободные словосочетания могут быть лексически ограниченными. В отличие от лексически неограниченных, место того или иного компонента в них может быть заполнено не любым словом данной категории, а лишь некоторыми — теми, которые образуют определенную семантическую группу. Например: словосочетание слушать звуки лексически не ограничено (слушать радио, слушать ребенка, слушать передачу, слушать шум и т. д.), тогда как словосочетание подслушать разговор лексически ограничено, так как семантика глагола подслушать не допускает широкой сочетаемости (нельзя: подслушать лекцию). Деление словосочетаний на лексически ограниченные и неограниченные опирается на лексическую сочетаемость и несочетаемость слов, поэтому степень лексической ограниченности может быть различной и определяется семантикой сочетающихся слов. Деление словосочетаний на лексически ограниченные и неограниченные условно и относительно, так как показывает лишь большую или меньшую сочетаемость слов по сравнению друг с другом; в конечном же счете все словосочетания оказываются лексически огра-

35


ниченными, так как слова, их составляющие, связаны определенным кругом понятий. Например, глагол слушать образует словосочетания, лексически неограниченные по сравнению с глаголом подслушать, однако, безотносительно к этому глаголу, его сочетаемость тоже ограничена теми словами, которые способны обозначать объект этого процесса.

Несвободные словосочетания состоят из слов лексически несамостоятельных, т. е. из слов с ослабленным или утраченным лексическим значением. Такие словосочетания по своей семантике и функции особенно близки отдельному слову. При функционировании в предложении несвободные словосочетания не расчленяются и выступают в позиции одного члена предложения. Несвободные словосочетания делятся на несвободные синтаксически и несвободные фразеологически.

Синтаксически несвободные словосочетания — это словосочетания, лексически связанные и нечленимые в данном контексте: например, в предложении Ко мне подошла девушка высокого роста словосочетание высокого роста несвободно, оно выполняет единую определительную функцию, ср.: высокорослая девушка. Словосочетание высокого роста нечленимо, так как существительное в его составе лексически обеднено (нельзя сказать девушка роста). Однако то же словосочетание в иных контекстуальных условиях может выступать как вполне свободно построенное, например: Высокий рост выделял эту девушку в группе (ср.: Рост выделял эту девушку в группе). Оба слова в таком словосочетании лексически полноценны. Словосочетание два мальчика также в зависимости от контекстуальных условий своего употребления может быть то свободным, то несвободным, ср.: Я любовался игрой этих двух мальчиков (оба слова лексически полноценны и в предложении занимают самостоятельную позицию: Я любовался игрой этих мальчиков). В предложении Два мальчика подошли к столу оба слова лексически связаны, и расчленение словосочетания невозможно, оно выполняет функцию одного члена предложения. Значит, синтаксически несвободные словосочетания обнаруживаются лишь при функционировании в конкретных предложениях, где они утрачивают раздельность своих компонентов.

Фразеологически несвободные словосочетания — это словосочетания, обнаруживающие лексическую несамостоятельность компонентов применительно к любому контексту. Они постоянны и нечленимы для всякого контекста: вверх дном, спустя рукава, бить баклуши. Изучение устойчивых словосочетаний, называемых фразеологическими, выходит за пределы синтаксиса и яв-

36


ляется предметом фразеологии. В синтаксисе они могут быть рассмотрены лишь как компоненты структуры предложения. Фразеологические словосочетания могут отражать живые синтаксические связи, т. е. строиться по моделям свободных словосочетаний: бить баклуши, держать камень за пазухой, класть зубы на полку, выметать сор из избы, такие словосочетания легко расшифровываются как образные выражения; другие фразеологические словосочетания отражают утраченные связи и сочетаемость, не сопоставимые с современными, например: шутка сказать, ничтоже сумняшеся, и вся недолга.

Словоформы, составляющие словосочетания, находятся в определенных синтаксических отношениях, которые строятся на основе взаимодействия лексических значений этих слов и их грамматических форм. Все многообразие этих отношений обобщенно сводится к основным: атрибутивным, объектным, субъектным, обстоятельственным и комплетивным.

Атрибутивные отношения возникают при семантико-грамматическом взаимодействии имен существительных: 1) с именами прилагательными: красивая девушка, верстовой столб, медвежья берлога, полезная работа, активное участие; 2) с согласуемыми местоимениями: моя книга, наш ребенок, какой-то предмет, каждый человек; 3) с порядковыми числительными: первый поход, шестой дом, тридцатый тур; 4) с полными формами причастий: любящая женщина, зеленеющие поля, приготовленный обед, решенная задача, отредактированная рукопись. Атрибутивность таких словосочетаний прежде всего опирается на общее лексическое значение существительного — на его предметность (предмету естественно иметь определяющие его признаки) и на общее лексическое значение сочетающихся с ним частей речи, способных обозначать признаки. На этой основе строится и формальная согласованность компонентов словосочетания. Однако атрибутивные отношения возникают при сочетании существительных и с некоторыми другими частями речи; 5) с предложными и беспредложными формами существительных: письмо из Волгограда, привычка с детства, бутылка из-под сливок, усталость от напряжения, волосы до плеч, крышка у банки, дом возле речки, любовь без надежды, брюки в полоску, человек с ружьем, беседка под горой, книги в переплетах, варенье на патоке; ворота гости-

37


ницы, дом отца, горе разлуки, бородка клином; 6) с наречиями: езда шагом, дом напротив, шашлык по-кавказски; 7) с инфинитивом: желание учиться, решение поехать, необходимость отдохнуть, способность слышать, возможность уехать. Такие случаи не нарушают общих закономерностей построения атрибутивных словосочетаний и даже скорее подтверждают их. Если обратиться к приведенным примерам, можно заметить следующее.

1. Предложные формы имени в роли определителей — это продукт очень сложных языковых изменений и преобразований. Такие словосочетания в большинстве своем возникли из более сложных синтаксических объединений и родились, безусловно, в предложении. Основной путь таких преобразований — пропуск внутреннего звена построения, например: письмо, присланное из Волгоградаписьмо из Волгограда; волосы, спускающиеся до плечволосы до плеч; беседка, расположенная под горойбеседка под горой.

Русская печь своими руками из картона макет Русская печь своими руками из картона макет Русская печь своими руками из картона макет Русская печь своими руками из картона макет Русская печь своими руками из картона макет Русская печь своими руками из картона макет